Эрон Оуза? Уж свое имя-то он должен бы знать? Он повторил его про себя. Эрон Оуза. Прислушался к отзвукам в сознании. Ээрроонн Ооууззаа. Эхо в мозгу стихло, превратилось в тихий шепот. Эрон Оузааааа… Подсудимый сомневался. Что-то знакомое, но лишь отдаленно, как будто это был кто-то, в кого он играл в детстве. В таком случае, как его зовут на самом деле? Однако будь он проклят, если станет спрашивать людей в судейских мантиях, восседающих на подиуме!
Глашатай в шлеме громко объявил, что сегодня 87-я вахта месяца гвоздик 14810 года галактической эры, тысяча шестьсот пятьдесят три года после основания Второй империи. Это была часть судебного ритуала. Подобные простые факты, не имеющие отношения к его личности, подсудимый помнил с кристальной ясностью. Физически он находился внутри оболочки великого и могущественного Светлого Разума, города-планеты, в месте, которого боялся и куда стремился всю свою жизнь, хотя теперь, находясь в центре этого бурлящего водоворота власти, никак не мог вспомнить почему. Люди вокруг него были так зациклены на своих проблемах, что вряд ли даже помнили, что их планета вращается, как и все, вокруг Солнца.
14810 год? Для обитателей Светлого Разума год — всего лишь отрезок времени, за который свет проходит одну лигу, а лига не имеет отношения ни к рассветам, ни к закатам, ни к сезонам.